Природные ресурсы пронизывают общественное существование, обеспечивая наш образ жизни и неизменно присутствуя в нашем мышлении о развитии и благополучии. Последние десятилетия небывалой интенсивности и масштабов добывающих индустрий показывают, что сегодня природные ресурсы оказываются силой, оживляющей социальность. Настоящая статья посвящена социальному воспроизводству экстрактивизма, системы смыслов и практик, организующей извлечение веществ из природной среды для получения прибыли. Помимо влияния на ландшафты и состояние окружающей среды, освоение природных ресурсов одновременно организует социальные структуры, политические механизмы и общественные отношения. На основе актуальных научных работ делается попытка системно охарактеризовать основные социальные силы экстрактивизма с особым акцентом на распространенные формы взаимодействия и специфические нормы. Структуры государственного управления продвигают добычу природных ресурсов как основу общественного развития. Добывающие компании в погоне за быстрой прибылью и при хищническом характере эксплуатации природных ресурсов явно пренебрегают многими негативными последствиями. Коалиции государственных структур и бизнеса, подкрепленные механизмами юридических процессов, практиками экспертизы добывающих проектов и идеологической работой СМИ, узаконивают многие социальные, политические и экологические издержки экстрактивизма. Население в районах добычи ресурсов, как и рабочие отрасли непосредственно ощущают противоречия добывающих индустрий, которые ответственны как за процветание, так и за неблагополучие. В последние десятилетия влиятельными социальными силами стали социальные движения и активисты, которые стремятся оспорить существующий социальный порядок. Перспективным представляется эмпирически насыщенный анализ экстрактивизма как конфигурации взаимоотношений социальных сил, занимающих разные позиции, имеющих конкурирующие интересы и возможности.

Natural resources permeate social existence, providing our way of life and being invariably present in our thinking about development and well-being. The last decades of unprecedented intensity and scale of extractive industries show that today natural resources are a force that revitalizes sociality. This article is devoted to the social reproduction of extractivism, a system of meanings and practices that organizes the extraction of substances from the environment for profit. In addition to the impact on landscapes and the environmental condition, the natural resource development simultaneously organizes social structures, political mechanisms, and social relations. On the basis of current scientific papers, an attempt is made to systematically characterize the main social forces of extractivism, with special emphasis on common forms of interaction and specific norms. Governance structures promote natural resource extraction as the basis for social development. In the pursuit of quick profits, accompanied by predatory natural resource exploitation, mining companies clearly neglect many negative consequences. Supported by mechanisms of juridical processes, practices of extractive project expertise, and the ideological work of the media, coalitions of government agencies and businesses legitimize many social, political, and environmental costs of extractivism. The local communities in resource extraction areas, as well as the industry workers, directly feel the contradictions of the extractive industries, which are responsible for both prosperity and disadvantage. In recent decades, social movements and activists who strive to challenge the existing social order have become influential social forces. An empirically rich analysis of extractivism as a configuration of relationships between social forces occupying different positions and having competing interests and opportunities seems promising.