В статье исследуется феномен «вторичного инноватора» как системный барьер для перехода экономик Большой Евразии к модели устойчивого инновационного развития. Цель исследования – выявить и эмпирически верифицировать общие для региона системные взаимосвязи между качеством человеческого капитала, измеряемым через креативное мышление (Международная программа по оценке образовательных достижений учащихся (далее – PISA)), макроэкономическими показателями инновационности (Глобальный индекс инноваций (далее – GII), Индекс экономической сложности (далее – ECI)) и рутинными управленческими практиками. Методологическую основу составили сравнительный анализ и триангуляция методов: вторичный анализ международных данных (PISA, GII, ECI) для стран региона (Россия, Казахстан, Беларусь, Китай) и качественное исследование на примере России (12 глубинных интервью с управленцами сектора информационных технологий (далее – ИТ-сектор). Научная новизна заключается в доказательстве того, что феномен является не страновой особенностью, а региональной институциональной ловушкой, воспроизводимой на стыке образования и управления. В результате доказано, что страны региона (за исключением Китая) демонстрируют признаки данной ловушки: баллы по креативному мышлению (24–26) существенно ниже среднего по OECD (33) и лидеров (Китай ~36), что коррелирует с низкими позициями в GII и ECI. На примере России показано, как управленческие практики закрепляют «докреативный габитус». Предложена модель управленческих вмешательств для синхронизированного реформирования образования, корпоративного управления и государственной инновационной политики в странах Большой Евразии. В данной статье термин «Большая Евразия» относится к макрорегиону, охватывающему группу ключевых экономик, включая Россию, Казахстан, Беларусь и Китай, которые рассматриваются как общее институциональное пространство в контексте инновационного развития.

The article examines the phenomenon of the “secondary innovator” – as a systemic barrier to the transition of the Greater Eurasia economies to a model of sustainable innovation-driven development. The study aims to identify and empirically verify the systemic interrelations common to the region between the quality of human capital (measured through creative thinking in PISA-2022), macroeconomic indicators of innovativeness (Global Innovation Index (GII), Economic Complexity Index (ECI)), and routine managerial practices. The methodological framework is based on comparative analysis and method triangulation: secondary analysis of international data (OECD PISA, GII, ECI) for the countries of the region (Russia, Kazakhstan, Belarus, China) and qualitative research using Russia as a case study (12 in-depth interviews with IT sector managers). The scientific novelty lies in proving that the phenomenon is not a country-specific feature but a regional institutional trap reproduced at the intersection of education and management. The results demonstrate that the countries of the region (with the exception of China) show signs of this trap: their creative thinking scores (24–26) are significantly below the OECD average (33) and the leading performers (China ~36), which correlates with their low positions in the GII and ECI. Using Russia as an example, the study shows how managerial practices reinforce a “pre-creative habitus.” A model of managerial interventions for synchronized reform of education, corporate governance, and state innovation policy in the Greater Eurasia countries is proposed. In this paper, the term ‘Greater Eurasia’ refers to the macro-region encompassing a group of key economies, including Russia, Kazakhstan, Belarus, and China, which are explored as a shared institutional space in the context of innovation development.