Сравнительный анализ философских систем Фридриха Ницше и Людвига Витгенштейна на уровне их канонических, «системообразующих» текстов действительно выявляет кажущуюся непреодолимой пропасть: иррационалистический, афористичный пафос первого радикально противопоставлен аналитической строгости и логическому пуризму второго. Однако данное исследование, опираясь на теорию паратекста Жерара Женетта, демонстрирует, что за этим очевидным доктринальным противостоянием скрывается глубинное единство их фундаментальных философских интенций. Смещение исследовательского фокуса с центрального текстового ядра на паратекстуальную периферию – предисловия, черновики, дневниковые записи, эпистолярное наследие и сами афористические формы – позволяет реконструировать общую для обоих мыслителей экзистенциально-методологическую установку. Анализ показывает, что, несмотря на радикальное различие методологических путей (ницшевская концепция языка как «дыхания тела» и аффективной разрядки «воли к власти» противопоставляется витгенштинианской теории «языковых игр» и значения как употребления), их проекты сходятся в парадоксальном, но фундаментальном выводе: язык является не репрезентацией объективной реальности, а инструментом практики, укорененным в долингвистическом, жизненном опыте. В паратекстах обоих философов обнаруживается поразительное сходство лексико-метафорических комплексов, раскрывающее общий философский этос: понимание философии как терапевтической деятельности, направленной на исцеление мышления от иллюзий, порожденных грамматикой самого языка; интеллектуальный аскетизм и сознательный отказ от «помощи черни» в пользу элитарной, предельно персонализированной практики вопрошания; интуитивное предпочтение фрагментарных, несистемных, провокативных форм выражения тотализирующим метафизическим конструкциям. Таким образом, паратекстуальный анализ выступает эффективным методологическим ключом, реконструирующим скрытое, но существенное родство проектов Ницше и Витгенштейна, которые предстают в итоге не как антагонисты, а как создатели двух различных, но равнонаправленных способов критики языка, объединенных единой конечной целью – его прояснения, «развязывания узлов» и терапевтического преодоления.

A comparative analysis of the philosophical systems of Friedrich Nietzsche and Ludwig Wittgenstein at the level of their canonical, “system-forming” texts reveals an apparently unbridgeable gap: the irrationalist, aphoristic pathos of the former is radically opposed to the analytical rigor and logical purism of the latter. However, this study, drawing on Gйrard Genette’s theory of the paratext, demonstrates that behind this obvious doctrinal opposition lies a profound unity of their fundamental philosophical intentions. Shifting the research focus from the central textual core to the paratextual periphery – prefaces, drafts, diary entries, epistolary heritage, and the very aphoristic forms – makes it possible to reconstruct a common existential and methodological stance shared by both thinkers. The analysis shows that, despite the radical difference in methodological paths (Nietzsche’s concept of language as the “breath of the body” and an affective discharge of the “will to power” is contrasted with Wittgenstein’s theory of “language games” and meaning as use), their projects converge in a paradoxical yet fundamental conclusion: language is not a representation of objective reality but an instrument of practice, rooted in pre-linguistic, lived experience. The paratexts of both philosophers reveal a striking similarity in lexico-metaphorical complexes, uncovering a shared philosophical ethos: an understanding of philosophy as a therapeutic activity aimed at healing thinking from illusions generated by the grammar of language itself; intellectual asceticism and a conscious refusal of “the help of the rabble” in favor of an elitist, highly personalized practice of inquiry; and an intuitive preference for fragmentary, non-systemic, provocative forms of expression over totalizing metaphysical constructs. Thus, paratextual analysis serves as an effective methodological key for reconstructing the hidden but substantial kinship between the projects of Nietzsche and Wittgenstein, who ultimately appear not as antagonists but as creators of two different yet similarly directed modes of language criticism, united by a single ultimate goal: its clarification, the “untying of knots”, and therapeutic overcoming.